«Крошка-слон» и забота о человеке

Ноябрьское утро ещё не наступило, хотя по часам уже давно имело на это право. Мы приехали в курортный городок на юге республики, чтобы построить сцену для «Крошки-слона».

Город спит. На улице темно, холодно и пустынно. Перед нами — красивый концертный зал, в котором мы выступали уже не раз. Место знакомое, и даже некоторые его неожиданности давно перестали быть неожиданными.

Например, запертая дверь.

„«Крошка-слон» и забота о человеке“ weiterlesen

э Фонарь, улица, аптека

Фонарь, улица, аптека

01.05.2023

Папа прабабушки был провизором (не путать с профессором), провизором аптеки в городе Данилов ярославской губернии. Четверо детей, жена умерла рано. Дом с сыновьями построил без крана. Бревна носили на плечах. Аптека работала до прихода революционных войск. Потом аптеку и дом реквизировали. Прабабушка сбежала в Вятку с женихом. Брат её, учитель математики ярославской гимназии был арестован, после отсидки «за дворянство» играл на рояле в свежеорганизованном большевиками кукольном театре. Так и был расстрелян как аккомпаниатор кукольного театра. Прабабушка жила в Вятке до 1983-го года, учила меня игре в преферанс и шитью на машинке (их в Смольном и шитью учили). Выдала дочь за соратника Кирова, завлита облдрамтеатра. И обо всех этих перепетиях я узнал уже после ее смерти и, наверное, поэтому не нашел в Данилове, где работал на сырзаводе, будучи абитуриентом театрального института, аптеки предков. Не купил в ней гематоген на память, презервативы. И в отделе кадров кукольного театра не спросил хорошо ли играл прадедушка Леопольд на пианино, сопровождая красные агитки. Нефидрипину мне! Нефидрипину! Сижу за кулисами, веду технику на спектакле Эллен-жены моей любимой- в Кройцнахе на юге ФРГ у немцев от общения с которыми отказался папа прабабушки, уехав с семьей из села Гориздричи ковенской губернии, когда стало ясно, что немцы таки попрут и переименуют Ковно в Каунас. Сиду, жму на кнопки, ищу корвалол.

По поводу цейтнота

Время то ли сжимается, то ли разжимается. Я предполагаю, что всё это относительно.

Мне, например, кажется, что время стремительно несётся. Но я чувствую: сторонний наблюдатель Андрея думает, что тот ползает как черепаха. Этакая смесь Станиславского с квантовой механикой получается. Я — на раскорячку: Фигаро здесь, Фигаро там. А гастроли растягиваются. Растягиваются.

Раньше вставали в пять утра, ехали в какой-нибудь дом культуры, собирали там спектакль, отыгрывали два спектакля и возвращались — ну, не пополудни, конечно, но к раннему вечеру — домой. Ещё оставалось время покормить сына и выгулять собаку.

Теперь гастроли устроены иначе. Сначала загружаем машину. Едем. Заселяемся в какую-нибудь квартиру или гостиницу. На следующий день монтируем спектакль, играем, возвращаемся в гостиницу. Утром едем домой.

Тот же спектакль. Только раньше на него уходил день, а теперь — три.

И вот здесь с этой относительностью времени начинает происходить что-то нехорошее. Стороннему наблюдателю кажется, что Жуков/Garin, сиречь я, стал тратить на один спектакль втрое больше времени. Хотя мне самому всё время кажется, что я куда-то несусь и ничего не успеваю.

Менделеев какой-то. Эйнштейн. О чём это я?

В феврале я перевёл пьесу на русский. В сентябре её послал. Между этими двумя событиями, если верить календарю, прошло семь месяцев. Если верить мне — почти ничего. Если верить стороннему наблюдателю — Андрей опять ползал как черепаха.

Поэтому я теперь с некоторым подозрением отношусь к призывам торопиться.

Театральная жизнь неумолима. Она требует времени. Но это ещё полбеды. Хуже другое: она не просто требует времени — она съедает жизнь.

И тут, конечно, всплывает Пастернак.

«О, знал бы я, что так бывает…»

Дальше что?

Та-та-та-та та-та-та-та,
та-та-та-та та-та-та-та…

«И тут кончается искусство,
и дышат почва и судьба».

Или борьба? По-моему, всё-таки судьба.

Хотя в моём случае — борьба. Борьба с погрузкой декораций, гостиницами, собственной памятью и Пастернаком, которого человек, претендующий на русскую культуру, должен бы знать наизусть. Но человек не знает. Человек помнит, что там что-то дышит.

Кажется, почва.

Менделеев какой-то. Эйнштейн. Пастернак. Все собрались.

А спектакль всё ещё идёт.

Когда-то между двумя спектаклями ещё помещались сын и собака. Теперь сын живёт своей жизнью. Собака умерла.

А спектакль всё ещё идёт, идёт.

P.S. Самое опасное после шестидесяти — это недосып.

In der Demokratie gefangen

Du hast diesen Weg gewählt. Du lebst doch in der Demokratie. Also es gibt keine Schuldigen außer Gesamtbevölkerung, die Wähler. Du bist doch der Wähler du hast das gewählt. Jetzt lass uns doch gucken, was du gewählt hast. 

Wenn die Inhalte von Zeitungen, Fernseher, die ehemalige Beamten von CIA und BND kontrollieren (in Ausschuss und Kommission), es ist kein Verbindung mit Geheimdiensten, die sind doch passioniert. Warum noch? Weil die Beamten von CIA Deutschen sind? Ist das nicht Nazismus pur? Und das hast du gewählt. Du bist ein Nazi. 

Ich habe nichts gewusst. Warum Vergangenheitsform? Du weißt immer noch nichts.

Идеализм

Основывается на том, что речь материальна, а следовательно существует объективно. «Я-порядочный человек» как речь и текст существуют объективно без смысла как материальная часть письма и речи. Говорю, чтобы быть. 

Через несколько логических мосточков переходим к тому, что речь появилась из учебника русского, к примеру, языка. Поселений людей говорящих на приличном языке без мата не было до появления письменности . Совесть мы позаимствовали у Достоевского и Канта. Закон, из уголовного кодекса. А аппетит из книги о вкусной и здоровой пище. 

Очень много возможностей заработать на шницель, поучая (детвору).

Британию таки решили пощупать за вымя?

t.me/SolovievVRNews/215389

Послу Британии выражен решительный протест в связи с заявлением главы МИД Кэмерона о праве Киева наносить удары по России британским оружием.

Посол предупрежден, что ответом на украинские удары с применением британского оружия по территории России могут стать любые военные объекты и техника Великобритании на территории Украины и за ее пределами.

МИД РФ

Право Астафьев

Профессор Юридического института РУДН им. П.Лумумбы Дмитрий Евстафьев – специально для «Евразия.Эксперт» о том, как США используют международное право для сохранения гегемонии

Даже там, где американский «мир правил» формально не заменил «международное право», американская правовая система, действующая в режиме «ручного управления» и неуниверсальных решений, это международное право подменила. И кризис американской политической системы пока никак не влияет на дееспособность американской правовой системы. Будучи бюрократической и реализуемой преимущественно на внешнем контуре, она сравнительно мало затрагивается теми тектоническими процессами, которые происходят в американской политике, а теперь уже и в политико-экономической системе.

Резонно предположить, что степень агрессивности США в продвижении ситуативных политико-правовых механизмов будет только повышаться. Эти механизмы будут превращаться из средства давления на союзников России и «Глобальный Юг» в средство удержания консолидированности «коллективного Запада».

Но возможно ли создание неамериканоцентричного мира в американоцентричном правовом пространстве, даже с учетом кризиса многих институтов глобализации, например ВТО? И возможна ли полноценная, обеспечивающая интересы и России, и других государств Евразии социально-экономическая интеграция, пусть и без политического аспекта, внутри де-факто контролируемого США правового пространства?

Мы имеем дело с масштабным политико-правовым феноменом, который становится все более автономным от США как государства, но использует их организационные и политические ресурсы. Мы не просто наблюдаем легализацию санкций в качестве механизма управления экономическим развитием, уже реализованного США в виде резкого замедления процессов геоэкономической регионализации. Налицо попытка превратить санкции в рамочную основу регулирования долгосрочных политических процессов на базе уже апробированной ранее фактической экстерриториальности американских юридических решений. На наших глазах явочным порядком формируется новая основа международного права.

Отсюда и одновременные выраженные «пошаговость» и ситуативность введения санкций, в зависимости от конкретных задач США в противостоянии с Россией и другими странами. А с другой стороны – подчеркнутая долгосрочность санкционной политики. Возникает принципиально новая модель «ситуативного права», реализуемая, прежде всего, в сфере мировой экономики. Но к настоящему моменту она активно захватывает и политическую, и социокультурную сферы.

Сегодняшние процессы могут быть охарактеризованы как попытка расширения пространства «ситуативного права»: как географического, так и секторального.

Важнейшим элементом такого процесса является его управляемая ситуативность – способность реализации потенциала санкций в зависимости от «важности» того или иного государства уже не столько даже для США, сколько для американских корпораций. Поэтому мы видим существенное отличие в реализации одной и той же санкционной политики в отношении Турции, важнейшего союзника США, Казахстана, превращающегося в важный плацдарм для давления на Россию, и Китая, где наблюдается попытка стимулировать возникновение «фронды» Си Цзиньпину.

В конечном счете «ситуативное право» нацелено на полную подмену права как операционной категории мирового развития политическими и лоббистскими в основе своей решениями, формируемыми на базе баланса интересов в конкретной ситуации. Этот подход применим не только на межгосударственном уровне, но и на уровне корпоративных структур, что уже было апробировано в отношении российских государственных компаний. В целом новое «ситуативное право» изначально будет не правовой, а «политико-правовой» категорией с неясным балансом между элементами.

Традиционно то, что именуется «международным правом», являлось «правом победителей», выстраивавших нормы «под себя». Наблюдаемая нами в настоящее время картина является попыткой США создать «право проигрывающих», чтобы обеспечить себе, безусловно, временное, но преимущество в борьбе за сохранение остатков гегемонии.